17 февраля 2014 г.
13 января 2014 г.
Offline Wikipedia
Прошёл год и надумала я обновить свою оффлайновую Вики на винде и на андроиде. А оказалось, с тех пор ничего нового и не выкладывали для GoldenDict, которым я пользуюсь! И вообще там всё как-то глухо с форматами, конвертировать можно только под линуксом на первом этапе, а всего их два... Поискала другие варианты, много всего перебрала, хотелось, чтобы можно было качать дампы сразу и для винды, и для андроида, чтобы формат был один, и чтобы размер был божеский, карты памяти же в смартфоне не резиновые. В итоге оказалось, что народные умельцы с 4pda конвертируют свежие дампы в формат aard, который отлично открывается в моём десктопном GoldenDict, а для смартфона пришлось поставить читалку Aard отдельно.
Если бы не надо было в андроид это всё добро тащить, то самый оптимальный вариант для винды - WikiTaxi, он умеет довольно просто и быстро конвертировать свежие дампы, то есть вообще полностью независим от посторонних, самому можно всё сделать парой кнопок. Жалко, что под мобилы его нет.
Если бы не надо было в андроид это всё добро тащить, то самый оптимальный вариант для винды - WikiTaxi, он умеет довольно просто и быстро конвертировать свежие дампы, то есть вообще полностью независим от посторонних, самому можно всё сделать парой кнопок. Жалко, что под мобилы его нет.
26 ноября 2013 г.
Почему дети учатся
В последнее время много читаю про процессы обучения, происходящие в детях, про домашнее образование, плюсы и минусы школ, и вот такая складывается на данный момент картина про стимулы к обучению у детей.
1. Ребёнок учится благодаря своему естественному интересу к предмету. Следует за велением своей души, его не надо поощрять или подгонять, он сам жадно усваивает информацию. Самая “правильная” причина для того, чтобы учиться. Во взрослой жизни такой ребёнок, скорее всего, будет знать, что ему нужно, и настойчиво идти к своей цели. Это обучение из энергии дерзновения, из процесса становления, естественный источник развития, заложенный в каждом.
* Этот стимул надо отличать от зацикленности на одном предмете, которая происходит из-за бегства от реальности, от проблем в отношениях. Естественный интерес будет со временем переключаться на другие темы, ребёнку будет интересно всё новое, он не будет бояться пробовать себя в разных направлениях. При зацикленности круг его интересов будет узок, к новому отношение будет настороженное. Попытки ограничить время, проводимое за любимым занятием, будут встречаться бурным протестом.
2. Ребёнок заражается энтузиазмом близких ему людей, занимается одним и тем же с папой или мамой, чтобы быть к ним ближе, проводить с ними время, быть на них похожим. Тоже достойная причина для учёбы, если родители не используют её в своих целях и не навязывают ребёнку свои желания и мечты. Иначе может получиться, что в 30 лет ребёнок поймёт, что всю жизнь занимался медициной не по своему желанию, а по воле папы, например. Если же интересы родителей и детей совпадают, то у истории будет вполне счастливый конец, плюс при насыщении родительским вниманием и поддержкой в ребёнке легко проснётся процесс из первого пункта. Пример для подражания может быть также учителем или тренером, дедушкой или просто знакомым. В случае привязанности к ровесникам ребёнок может учиться "за компанию" с друзьями, плыть по течению, чтобы не выделяться из коллектива. Это обучение ради своей привязанности, из похожести.
3. Ребёнок учится, чтобы его любили. Без своих достижений и выполнений родительских установок он не чувствует себя нужным, значимым. Родители волей или неволей дают ему установку условной любви, сильно хвалят за успехи и ругают за результаты. Со временем он может перестать добиваться одобрения родителей, если связь с ними слишком болезненна, и начать стремиться к одобрению как таковому, неважно, от кого оно исходит. Быть лучшим во что бы то ни стало, потому что иначе люди не будут его любить таким, как он есть.
Во взрослом возрасте ребёнок либо пытается до конца соответствовать ожиданиям родителей (или окружающих), боится их расстроить, оказаться плохим и непослушным, а они при этом могут ему в этом “помогать”, отказываясь конструктивно разговаривать о проблемах или шантажируя своим здоровьем. Либо в какой-то момент он осознаёт свои реальные потребности и бурно отделяется от родителей, часто со скандалом. Если до своих желаний получилось добраться не полностью, то такие дети будут многое делать только по той причине, чтобы было “не так, как у мамы”. Это обучение ради удержания привязанности (конкретных людей или привязанности вообще).
4. Ребёнок учится, чтобы избежать негативных последствий. Сюда можно включить моральное и физическое насилие, любые наказания, лишения мультиков и общения с друзьями, любое педагогическое воздействие со знаком “минус”. Здесь ребёнок своих истинных потребностей и желаний часто не осознаёт, он учится только ради того, чтобы “отстали”, делает по минимуму, саботирует, забывает, опаздывает, обманывает… С годами вырабатывается стойкое противление к процессу обучения, к школе и всему, что с ними связано. Во взрослой жизни желание к обучению может вернуться при благоприятных обстоятельствах, но более вероятно, что познавательный интерес будет минимальным, человеку не будет хотеться изучать новое, повышать свою квалификацию, менять свою деятельность в течение своей жизни, следовать за своими желаниями - они будут глубоко запрятаны и связь с ними будет плохая.
Возможно, есть ещё какие-то менее распространённые причины для учёбы, но эти мне кажутся основными.
Надо отметить, что в жизни вряд ли эти стимулы будут присутствовать в чистом виде, более вероятно, что они будут смешиваться в зависимости от вида деятельности (в школе может быть один, в любимой секции - другой, дома с бабушкой - третий).
По моим ощущениям, в школе преобладают процессы №3 и 4, другие, конечно, тоже присутствуют, но в меньших пропорциях. Когда детей забирают на домашнее обучение, то, скорее всего, родители надеются активировать в них процессы №1 и 2. Получится ли это - зависит от того, как будет организовано обучение. Если родители захотят строго придерживаться школьной программы и “вбивать” знания в ученика, невзирая на его сопротивление, используя шантаж и всяческие лишения, то домашнее обучение будет отличаться от школьного только другими стенами…
Мораль будет банальна: чтобы понять, что именно происходит, надо смотреть не на внешние проявления, а на внутреннее содержание.
1. Ребёнок учится благодаря своему естественному интересу к предмету. Следует за велением своей души, его не надо поощрять или подгонять, он сам жадно усваивает информацию. Самая “правильная” причина для того, чтобы учиться. Во взрослой жизни такой ребёнок, скорее всего, будет знать, что ему нужно, и настойчиво идти к своей цели. Это обучение из энергии дерзновения, из процесса становления, естественный источник развития, заложенный в каждом.
* Этот стимул надо отличать от зацикленности на одном предмете, которая происходит из-за бегства от реальности, от проблем в отношениях. Естественный интерес будет со временем переключаться на другие темы, ребёнку будет интересно всё новое, он не будет бояться пробовать себя в разных направлениях. При зацикленности круг его интересов будет узок, к новому отношение будет настороженное. Попытки ограничить время, проводимое за любимым занятием, будут встречаться бурным протестом.
2. Ребёнок заражается энтузиазмом близких ему людей, занимается одним и тем же с папой или мамой, чтобы быть к ним ближе, проводить с ними время, быть на них похожим. Тоже достойная причина для учёбы, если родители не используют её в своих целях и не навязывают ребёнку свои желания и мечты. Иначе может получиться, что в 30 лет ребёнок поймёт, что всю жизнь занимался медициной не по своему желанию, а по воле папы, например. Если же интересы родителей и детей совпадают, то у истории будет вполне счастливый конец, плюс при насыщении родительским вниманием и поддержкой в ребёнке легко проснётся процесс из первого пункта. Пример для подражания может быть также учителем или тренером, дедушкой или просто знакомым. В случае привязанности к ровесникам ребёнок может учиться "за компанию" с друзьями, плыть по течению, чтобы не выделяться из коллектива. Это обучение ради своей привязанности, из похожести.
3. Ребёнок учится, чтобы его любили. Без своих достижений и выполнений родительских установок он не чувствует себя нужным, значимым. Родители волей или неволей дают ему установку условной любви, сильно хвалят за успехи и ругают за результаты. Со временем он может перестать добиваться одобрения родителей, если связь с ними слишком болезненна, и начать стремиться к одобрению как таковому, неважно, от кого оно исходит. Быть лучшим во что бы то ни стало, потому что иначе люди не будут его любить таким, как он есть.
Во взрослом возрасте ребёнок либо пытается до конца соответствовать ожиданиям родителей (или окружающих), боится их расстроить, оказаться плохим и непослушным, а они при этом могут ему в этом “помогать”, отказываясь конструктивно разговаривать о проблемах или шантажируя своим здоровьем. Либо в какой-то момент он осознаёт свои реальные потребности и бурно отделяется от родителей, часто со скандалом. Если до своих желаний получилось добраться не полностью, то такие дети будут многое делать только по той причине, чтобы было “не так, как у мамы”. Это обучение ради удержания привязанности (конкретных людей или привязанности вообще).
4. Ребёнок учится, чтобы избежать негативных последствий. Сюда можно включить моральное и физическое насилие, любые наказания, лишения мультиков и общения с друзьями, любое педагогическое воздействие со знаком “минус”. Здесь ребёнок своих истинных потребностей и желаний часто не осознаёт, он учится только ради того, чтобы “отстали”, делает по минимуму, саботирует, забывает, опаздывает, обманывает… С годами вырабатывается стойкое противление к процессу обучения, к школе и всему, что с ними связано. Во взрослой жизни желание к обучению может вернуться при благоприятных обстоятельствах, но более вероятно, что познавательный интерес будет минимальным, человеку не будет хотеться изучать новое, повышать свою квалификацию, менять свою деятельность в течение своей жизни, следовать за своими желаниями - они будут глубоко запрятаны и связь с ними будет плохая.
Возможно, есть ещё какие-то менее распространённые причины для учёбы, но эти мне кажутся основными.
Надо отметить, что в жизни вряд ли эти стимулы будут присутствовать в чистом виде, более вероятно, что они будут смешиваться в зависимости от вида деятельности (в школе может быть один, в любимой секции - другой, дома с бабушкой - третий).
По моим ощущениям, в школе преобладают процессы №3 и 4, другие, конечно, тоже присутствуют, но в меньших пропорциях. Когда детей забирают на домашнее обучение, то, скорее всего, родители надеются активировать в них процессы №1 и 2. Получится ли это - зависит от того, как будет организовано обучение. Если родители захотят строго придерживаться школьной программы и “вбивать” знания в ученика, невзирая на его сопротивление, используя шантаж и всяческие лишения, то домашнее обучение будет отличаться от школьного только другими стенами…
Мораль будет банальна: чтобы понять, что именно происходит, надо смотреть не на внешние проявления, а на внутреннее содержание.
19 августа 2013 г.
Эмоции - ключ ко всему?
В последнее время в разных источниках по психологии и воспитанию детей встречаю мысль, что поведение вторично, а фокус должен лежать на отношениях между родителем и ребёнком. Это прекрасный посыл, но его очень сложно донести в разговоре до другого человека: с одной стороны, включаются психологические защиты и человек "не видит" проблему, с другой - непонятно, как измерить качество этих отношений. То есть, осторожно запускаешь человеку мысль, что надо проанализировать отношения, даже если он не включит защиты и действительно честно задумается, то скорее всего, получится примерно такой монолог: "Вроде нормальные у нас отношения. Я его люблю, он меня тоже. Он меня даже в туалет не отпускает сходить, такая у нас крепкая привязанность." На этом месте понимаешь, что вопросов стало больше, чем ответов ;) А понимает ли он, что ты его любишь? Точно?
Недавно, размышляя над замечательным постом trainbow и всплывшим у меня в памяти слайдом из какой-то презентации института Ньюфелда "Emotion is the key", я, кажется, смогла приблизиться к пониманию второй части проблемы.
Мы знаем, что эмоции - это спонтанная реакция организма, возникающая в "мозге млекопитающих", в лимбической системе. Мы можем контролировать их выражение, но не сам факт их появления внутри нас. Они отвечают за взросление, участвуя сразу в двух важных процессах: в адаптации, когда мы проживаем отрицательные эмоции и смиряемся с неизбежным, и в интеграции, когда мы учимся уравновешивать внутри себя противоположные порывы, балансировать на шаре. Последние исследования доказывают, что в процессе социализации эмоции тоже играют значительную роль.
Я думаю, что качество отношений между двумя людьми (взрослыми или родителем и ребёнком) можно в каком-то смысле измерить эмоциями. Оговорюсь, что не имею в виду их выражение или интенсивность их выражения, а только сам факт их наличия у обеих сторон.
В том посте меня зацепило именно описание "эмоционального выгорания" мамы, когда наваливаются другие дела, рутина, общая усталость и незаметно по чуть-чуть отдаляешься от ребёнка или партнёра, друга, начинаешь экономить силы, не вовлекаться эмоционально в их дела, чтобы сберечь свой малочисленный ресурс. Объективно тяжело в 50-й раз за день искренне восхититься ребёнкиной поделкой. Начинаешь устало отмахиваться иногда, а потом это входит в привычку и вылетает всё чаще. Через некоторое время ловишь себя на мысли, что восторженных эмоциональных моментов становится всё меньше, что бывают дни, когда их почти нет, заставляешь себя делать это осознанно, через голову. Вот это и есть первые сигналы о том, что в отношениях что-то идёт не так и пора принимать меры.
Показатель хороших отношений - это включённая эмпатия, эмоциональная вовлечённость, пропускание эмоций ребёнка или взрослого через себя, искреннее сопереживание. Когда не хочется отмахнуться от его радости или поскорее загасить его печаль, а есть желание разделить это пополам в ту же секунду, прожить вместе, поддержать. Не боишься почувствовать свою и его уязвимость, окунуться в неё с головой вместе, зная, что все смогут вынырнуть и всё будет хорошо.
Ребёнок показывает свой рисунок, и наши глаза загораются в ответ - вот это ОНО. Неважно, что мы при этом говорим (дети вообще плохо воспринимают вербальный канал), ведь его эмоция находит отражение в нашем взгляде, тоне, языке тела, они это считывают гораздо лучше и мгновенно заметят неискренность или наигранность. Когда это происходит естественно, мы "заражаемся" эмоцией ребёнка, радуемся не его поделке, а самому факту его радости - ему хорошо и нам приятно видеть, что ему хорошо, наше настроение тоже поднимается.
С негативными эмоциями то же самое - не хочется от них отмахиваться, зажать их поскорее. Есть силы сочувствовать и быть рядом столько, сколько нужно, подставить своё плечо, побыть источником стабильности и принятия. И ребёнок не боится ими делиться, не отталкивает родителя, не предпочитает утешаться один или у кого-то другого.
И в обратную сторону действует тот же принцип - хочется ли нам поделиться с ребёнком своей печалью? Или это так болезненно, что мы предпочитаем эти неприятные эмоции "заморозить" внутри? Подчеркну, что речь не идёт о сливании всего накопленного негатива на ребёнка или о перекладывании ответственности за отношения на него, а о самом факте признания, что что-то идёт не так, что нас расстроило какое-то событие.
Замечает ли ребёнок малейшие оттенки недовольства в тоне нашего голоса? Он не обязан немедленно перестать делать то, что нам не понравилось, но если контакт есть, он почувствует наше отношение и отзеркалит его. Замечаем ли мы незначительные перемены в его настроении? Можем ли предсказать, что вот-вот ожидается взрыв эмоций, или это происходит неожиданно для нас, как будто ничего этого не предвещало?
А мы сами как реагируем на обращённую к нам просьбу, живо откликаемся или устало: "Ну что там у тебя?" В реальной жизни будет и так, и так, а вот каких реакций больше - это важно.
Когда есть естественный эмоциональный отклик в горе и в радости с обеих сторон, я бы сказала, что отношения в целом в порядке. Это, конечно, не единственный критерий, есть и другие, например, границы и прочее, но наличие этого эмоционального контакта свидетельствует о том, что другие проблемы (эмоциональные защиты и т.д.) не смогли его испортить, значит, отношения в целом на верном пути и движутся не в худшую сторону.
Я слышала мнение, что в хороших отношениях такого происходить не может, что если людям приятно проводить время друг с другом, остальное приложится. По своему опыту могу сказать, что это верно для первой пары лет, а потом приходится периодически прилагать усилия для освежения контакта, взаимонастройки. Как в том анекдоте: "Почему ты больше не говоришь, что меня любишь? - Я сказал тебе один раз. Если что-то изменится, я дам тебе знать." Даже в самых хороших отношениях наступают моменты временного отчуждения, которые могут перерасти в серьёзный раскол, если вовремя не обратить на них внимание и не разобраться в причинах.
Что делать, если этот контакт не такой естественный и яркий как раньше? Быстрых рецептов тут нет. Думаю, что в первую очередь нужно разбираться с тем, почему не хочется или не получается зеркалить эмоции ребёнка или партнёра и делиться с ним своими. Вспоминать ситуации, когда это чаще происходит, и ситуации, когда вы оба замыкаетесь, и сместить баланс в положительную сторону. Однозначно не стоит себя заставлять или пытаться исправить ситуацию актёрским мастерством, это заметно даже взрослым, а уж детям тем более. Чувство вины тут тоже не большой помощник, так что терзание себя за холодность и отстранение скорее всего приведёт только к усугублению ситуации. Выдыхаем и направляем свои усилия в будущее, на положительные действия, а не на самобичевание.
Нужно найти источники этого искреннего контакта именно для вашей пары, какими бы странными и неожиданным они не оказались, и постепенно увеличивать их частоту в вашей жизни - регулярно клеить с ребёнком модель самолёта, например. Не заставлять себя улыбаться, а идти туда, где хочется улыбаться само собой, где невозможно не улыбаться.
Недавно, размышляя над замечательным постом trainbow и всплывшим у меня в памяти слайдом из какой-то презентации института Ньюфелда "Emotion is the key", я, кажется, смогла приблизиться к пониманию второй части проблемы.
Мы знаем, что эмоции - это спонтанная реакция организма, возникающая в "мозге млекопитающих", в лимбической системе. Мы можем контролировать их выражение, но не сам факт их появления внутри нас. Они отвечают за взросление, участвуя сразу в двух важных процессах: в адаптации, когда мы проживаем отрицательные эмоции и смиряемся с неизбежным, и в интеграции, когда мы учимся уравновешивать внутри себя противоположные порывы, балансировать на шаре. Последние исследования доказывают, что в процессе социализации эмоции тоже играют значительную роль.
Я думаю, что качество отношений между двумя людьми (взрослыми или родителем и ребёнком) можно в каком-то смысле измерить эмоциями. Оговорюсь, что не имею в виду их выражение или интенсивность их выражения, а только сам факт их наличия у обеих сторон.
В том посте меня зацепило именно описание "эмоционального выгорания" мамы, когда наваливаются другие дела, рутина, общая усталость и незаметно по чуть-чуть отдаляешься от ребёнка или партнёра, друга, начинаешь экономить силы, не вовлекаться эмоционально в их дела, чтобы сберечь свой малочисленный ресурс. Объективно тяжело в 50-й раз за день искренне восхититься ребёнкиной поделкой. Начинаешь устало отмахиваться иногда, а потом это входит в привычку и вылетает всё чаще. Через некоторое время ловишь себя на мысли, что восторженных эмоциональных моментов становится всё меньше, что бывают дни, когда их почти нет, заставляешь себя делать это осознанно, через голову. Вот это и есть первые сигналы о том, что в отношениях что-то идёт не так и пора принимать меры.
Показатель хороших отношений - это включённая эмпатия, эмоциональная вовлечённость, пропускание эмоций ребёнка или взрослого через себя, искреннее сопереживание. Когда не хочется отмахнуться от его радости или поскорее загасить его печаль, а есть желание разделить это пополам в ту же секунду, прожить вместе, поддержать. Не боишься почувствовать свою и его уязвимость, окунуться в неё с головой вместе, зная, что все смогут вынырнуть и всё будет хорошо.
Ребёнок показывает свой рисунок, и наши глаза загораются в ответ - вот это ОНО. Неважно, что мы при этом говорим (дети вообще плохо воспринимают вербальный канал), ведь его эмоция находит отражение в нашем взгляде, тоне, языке тела, они это считывают гораздо лучше и мгновенно заметят неискренность или наигранность. Когда это происходит естественно, мы "заражаемся" эмоцией ребёнка, радуемся не его поделке, а самому факту его радости - ему хорошо и нам приятно видеть, что ему хорошо, наше настроение тоже поднимается.
С негативными эмоциями то же самое - не хочется от них отмахиваться, зажать их поскорее. Есть силы сочувствовать и быть рядом столько, сколько нужно, подставить своё плечо, побыть источником стабильности и принятия. И ребёнок не боится ими делиться, не отталкивает родителя, не предпочитает утешаться один или у кого-то другого.
И в обратную сторону действует тот же принцип - хочется ли нам поделиться с ребёнком своей печалью? Или это так болезненно, что мы предпочитаем эти неприятные эмоции "заморозить" внутри? Подчеркну, что речь не идёт о сливании всего накопленного негатива на ребёнка или о перекладывании ответственности за отношения на него, а о самом факте признания, что что-то идёт не так, что нас расстроило какое-то событие.
Замечает ли ребёнок малейшие оттенки недовольства в тоне нашего голоса? Он не обязан немедленно перестать делать то, что нам не понравилось, но если контакт есть, он почувствует наше отношение и отзеркалит его. Замечаем ли мы незначительные перемены в его настроении? Можем ли предсказать, что вот-вот ожидается взрыв эмоций, или это происходит неожиданно для нас, как будто ничего этого не предвещало?
А мы сами как реагируем на обращённую к нам просьбу, живо откликаемся или устало: "Ну что там у тебя?" В реальной жизни будет и так, и так, а вот каких реакций больше - это важно.
Когда есть естественный эмоциональный отклик в горе и в радости с обеих сторон, я бы сказала, что отношения в целом в порядке. Это, конечно, не единственный критерий, есть и другие, например, границы и прочее, но наличие этого эмоционального контакта свидетельствует о том, что другие проблемы (эмоциональные защиты и т.д.) не смогли его испортить, значит, отношения в целом на верном пути и движутся не в худшую сторону.
Я слышала мнение, что в хороших отношениях такого происходить не может, что если людям приятно проводить время друг с другом, остальное приложится. По своему опыту могу сказать, что это верно для первой пары лет, а потом приходится периодически прилагать усилия для освежения контакта, взаимонастройки. Как в том анекдоте: "Почему ты больше не говоришь, что меня любишь? - Я сказал тебе один раз. Если что-то изменится, я дам тебе знать." Даже в самых хороших отношениях наступают моменты временного отчуждения, которые могут перерасти в серьёзный раскол, если вовремя не обратить на них внимание и не разобраться в причинах.
Что делать, если этот контакт не такой естественный и яркий как раньше? Быстрых рецептов тут нет. Думаю, что в первую очередь нужно разбираться с тем, почему не хочется или не получается зеркалить эмоции ребёнка или партнёра и делиться с ним своими. Вспоминать ситуации, когда это чаще происходит, и ситуации, когда вы оба замыкаетесь, и сместить баланс в положительную сторону. Однозначно не стоит себя заставлять или пытаться исправить ситуацию актёрским мастерством, это заметно даже взрослым, а уж детям тем более. Чувство вины тут тоже не большой помощник, так что терзание себя за холодность и отстранение скорее всего приведёт только к усугублению ситуации. Выдыхаем и направляем свои усилия в будущее, на положительные действия, а не на самобичевание.
Нужно найти источники этого искреннего контакта именно для вашей пары, какими бы странными и неожиданным они не оказались, и постепенно увеличивать их частоту в вашей жизни - регулярно клеить с ребёнком модель самолёта, например. Не заставлять себя улыбаться, а идти туда, где хочется улыбаться само собой, где невозможно не улыбаться.
6 июня 2013 г.
Mood
Y cada amigo es la familia que escogemos entre extraños... (L. Carson, Rubén Blades, Julio Iglesias)
Каждый друг - это семья, которую мы выбираем среди посторонних... (не моё)
Моё:
От других людей нам на самом деле нужно только, чтобы мы им нравились.
Когда в руки попадает действительно мощное оружие или власть, о которой долго мечтал, с ними же даётся знание о том, как сильно они могут ранить других людей. И понимаешь, что нельзя ими воспользоваться.
Каждый друг - это семья, которую мы выбираем среди посторонних... (не моё)
Моё:
От других людей нам на самом деле нужно только, чтобы мы им нравились.
Когда в руки попадает действительно мощное оружие или власть, о которой долго мечтал, с ними же даётся знание о том, как сильно они могут ранить других людей. И понимаешь, что нельзя ими воспользоваться.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)